Заполнить анкету Start

Народное искусство России

ЧТО-ТО ПОШЛО НЕ ТАК!Скорее всего, вы ввели сразу два запроса — поиск по сайту и поиск по мастерам. Определитесь, пожалуйста!
ЧТО-ТО ПОШЛО НЕ ТАК!Скорее всего, вы ввели сразу два запроса — поиск по сайту и поиск по мастерам. Определитесь, пожалуйста!
БиблиотекаОбщая теория

Художественные промыслы в жизни России XIX - начала XX в.

Т.М. Разина
Сборник научных трудов НИИХП, № 31, 1991

К началу 20 века в стране насчитывалось 10 – 12 миллионов кустарей, а в промышленности было занято 2,5 миллиона человек. Это заставило Министерство государственных имуществ еще в начале 1850-х годов начать планомерное изучение крестьянских промыслов с помощью специально организованных комиссий.

По распространенности и большому экономическому весу первое место занимали деревообрабатывающие промыслы: производство мебели, сундуков, ложкарный и крашеной точеной посуды в Нижегородской губернии, игрушечный и токарный в Подмосковье, выделки берестяных бураков в Пермской губернии и в районах Русского Севера. Село Богородское, тогда Владимирской губернии, известно деревянной резной игрушкой. Различные изделия из капо-корня и карельской березы вырабатывались в нескольких губерниях.

Второе место занимал льнопрядильно-ткацкий промысел. Мелкое кустарное производство превосходило крупную промышленность в этой области.

«От русских художников наша кустарная промышленность ожидает в настоящее время важных услуг. Они должны помочь ей освободиться от чуждых и мутных влияний и найти в самой себе, в своем прошлом неисчерпаемый источник новых, разнообразных, но сохраняющих печать самобытности произведений».

С.Т. Морозов сыграл большую роль в общем деле развития кустарных промыслов России. Созданный при его помощи Музей в Москве стал своеобразным методическим центром, опыт которого перенимали и развивали земские учреждения других губерний. Его основная практическая деятельность была связана с промыслами Подмосковья. С.Т. Морозов сам принимал кустарей, давал им рациональные советы. Для такой работы с кустарями был создан музей образцов как художественно-творческий отдел музея, заведующим и душой которого стал Н.Д. Бартрам.

К началу 1915 года в России насчитывалось более 35 тысяч кооперативов, объединивших свыше 10 миллионов человек. Артельное дело приобрело большой размах и стало крупным социально-общественным движением.

Большой интерес представляет период сотрудничества А.И. Лезнова с П.П. Кончаловским, создавшим ряд эскизов подносной росписи для Жостова. Исполнение этих эскизов в материале было поручено А.И. Лезнову. Его творчество стало одним из наиболее ярких явлений жостовского искусства в 1930-е годы.

Острые моменты в становлении стиля нового времени переживало искусство Хохломы. Здесь предстояло освободиться от тяжелого наследства модерна и в росписи, и в формах изделий. На этом пути переломным для хохломской росписи было сотрудничество А.В. Бакушинского с мастерами из Новопокровского – Ф.Ф. Красильниковым и С.С. Юзиковым в 1935 году. Благодаря этому сотрудничеству стало возможным значительной мере, хотя и не полностью, преодолеть наследие «русского стиля»» в хохломском искусстве и возродить народные орнаменты.

Работы мастеров как А.Г. и Н.Г. Подоговы, С.Ф. и Ф.Ф. Красильниковы, П.Ф. Распопин, С.С. Юзиков, А.М. Серов, были зачинателями возрождения орнаментального искусства росписи.

В 1930-е годы в условиях тогдашнего развития искусства к формам растительного орнамента хохломской росписи добавились эмблематические изображения. Но постепенное осознание содержательного смысла орнаментальных решений побудило мастеров ко все большему проникновению в сокровищницу природных форм. Можно говорить о творческой раскрепощенности.

В работах мастеров – Ф.А. Бедина, И.Д. Смирнова, Я.Д. Красильникова и ряда других, вышедших из мастерской Красильниковых в Новопокровском, членов семьи Подоговых из села Хрящи и т.д.

Ф.А. Бедин – один из тех мастеров, кто в 1930-е годы и в послевоенное время значительно обогатил хохломскую роспись новыми выразительными средствами и мотивами орнамента.

В 1930-е годы бурно развивался и другой центр хохломской росписи – Семенов. В Семенове сложились особые стилистические особенности. Нельзя не отметить, что творчество семеновских мастеров регламентировалось в значительной мере рамками экспортных заказов. Большая часть изделий семеновских мастеров уходила за границу – более 70% изделий артели поставлялось на экспорт.

В 1930-е годы – период восстановления начался и на другом старинном промысле – городецкой росписи. Центром возрождения росписи стали ее коренные гнезда – деревни Курцево и Косково. В 1935 году в Косково при содействии художника Института художественной промышленности И.И. Овешкова возникла общая мастерская, где сотрудничали старейшие мастера промысла – И.К. Лебедев, Ф.С. Краснояров, П.Д. Колесов и др. Художники городецких сел участвовали в росписи интерьеров различных общественных сооружений.

Специалисты довольно настойчиво призывали мастеров промыслов к участию в решении архитектурно-декоративных задач. Не осуществилось сверхграндиозное предприятие по привлечению промыслов к оформлению Дворца Советов, проектировавшегося в эти годы. Титанический» проект сооружения предполагал и подобающее оформление. Специалисты института уже разрабатывали схему использования различных видов искусства в оформительской работе, готовясь «впервые решать перевод малых форм и формы декоративно-архитектурные и монументальные», а также переводить художественные формы и мотивы народного искусства в массовую оформительскую продукцию.

В 30-е годы начинается возрождение еще одного ценного старинного промысла – холмогорской резьбы по кости. Инициаторами были В.П. Гурьев, В.Т. Узиков.

Большое участие принял в судьбе промысла М.Д. Раков, учившийся резьбе по кости у В.П. Гурьева. Начиная с 1931 года, художник постоянно работал с костерезным промыслом, опираясь на изучение его истории, традиций и предоставляя мастерам высокохудожественный материал в рисунках и образцах, расширявший круг выразительных возможностей резьбы по кости.

В 1934 году началось возрождение промысла в Скопине, где работали потомственные гончары И.И. Максимов, М.И. Тащеев.

В Дымковской слободе А.А. Мерзина творчески воссоздает традиционные типы глиняной игрушки, закрепив их в подлинно народной форме. Вслед за ней в промысел пришли талантливые мастерицы Е.А. Кошкина, Е.И. Пенкина, О.И. Коновалова, молодая мастерица Е.И. Косс.

В Кировском крае продолжал плодотворно развиваться промысел капо-корешковых изделий, представлявших и в это время значительный интерес для экспорта. Доход от продажи за границу капо-корешковых изделий составлял в год свыше 1 000 000 золотых рублей по данным 1933 года.

В Кирове в шемогодском промколхозе «Художник», на Вологодчине в деревне Курово-Наволок работали две артели, выпускающие изделия из прорезной бересты. Эти вещи удивительные по красоте узора, подчеркнутого подложенной цветной бумаги или фольгой, находили значительный спрос за границей в первой половине 1930-х годов, куда и отправлялся практически весь выработанный товар. Мастера-резчики проявили себя превосходными орнаменталистами ценили красоту самого материала – податливой розоватой бересты, и применяли органичные для этого материала приемы резьбы, связанные с силуэтным построением композиций.

Мастера богородской резьбы по дереву работали в промколхозе им. 1 Мая. В 1935 году их артель насчитывала 300 человек. В первой половине десятилетия промысел жил экспортными заказами, для которых исполнялся устоявшийся еще с дореволюционного времени ассортимент: «кузнецы», животные и птицы, «разводы», причем если на зарубежный рынок по-прежнему поставляли солдатиков в форме александровского времени, то на внутренний рынок эти «разводы» шли с фигурками красноармейцев. М. Пронин резал традиционные тройки, К. Бобловкин делал птиц и зверей.

Промысел абрамцево-кудринской резьбы существовал в 1930-е годы в нескольких промколхозах Хотьковского района, включавших коренные промысловые деревни Мутовки, Ахтырку, Левкоко, Кудрино. Здесь развивались два направления: геометрическая выемчатая резьба – в продукции мутовкинской (абрамцевской) артели и основанная на творчестве старейшего мастера В.П. Ворноскова плоскорельефная кудринская резьба, украшавшая изделия кудринской, ахтырской и левковской артелей.

В старинном красносельском промысле постепенно налаживалось производство традиционных серег. Талантливые красносельские мастера пытались создавать новые работы в технике литья, чеканки, с эмалью. Но наиболее продуктивным оказалось обращение к сканному делу, которое не было характерно для красносельского промысла ранее, а теперь благодаря несложности техники, а также наличию кадров мастеров-ювелиров скань легко освоили. Со временем орнамент обретал черты художественного единства, он был сродни классическому наследию древнерусской скани и искусству русского ручного кружева. Проявился русский вкус, глубинная традиция в понимании красоты. Красносельская скань может считаться одним из органичных проявлений народного творчества того периода. На парижской выставке 1937 года заслужили золотую медаль и ряд дипломов работы Л.А. Метлина, М.К. Волкова, В.П. Каретина, Н.С. Грустливого.

На Всемирной парижской выставке 1937 года состоялось первое серьезное выступление ростовской финифти, в экспозицию было отобрано три произведения, выполненные А.А. Назаровым, Д.И. Евдокимовым и Н.А. Карасевым. Среди работ, выполненных для Парижской выставки, были принципиально новые виды изделий – подстаканники, портсигары, нож для бумаги, чернильный прибор, лорнеты.

Кировское кружево развивалось в трех артелях, куда входили 4 тысячи кружевниц. Промысел охватывал 256 деревень. Изделия кировских кружевниц появились на Всесоюзной выставке 1932 года, где демонстрировала свое искусство одна из лучших мастериц Е. Соснина. Весь 1934 год кировские артели работали по экспортным заказам. Среди старейших мастериц были Е. Кушкова, А. Анцыгина, О. Елькина.

Курская область была почти единственным в республике центром производства паласных цветочных ковров. Изделия курских ковровщиц отличались хорошим техническим исполнением, но вызывали упреки специалистов в искажении традиционных рисунков. По просьбе промкооперации Курской области институт принял на себя художественное руководство ковровыми промыслами.

Из Канашей в 1933 году было послано 25 мастериц в Армению для обучения ручному ткачеству ворсовых ковров, после чего канашинская артель смогла наладить работу на экспорт, в том числе по рисункам художников института.

На севере России из традиционных строчевышивальных центров в 1930-е годы производство сохранялось лишь в карельской деревне Хашозеро, где работала артель «Заонежская вышивка».

Шуйский союз Ивановской области, самый крупный среди строчевышивальных промыслов, к концу 1930-х годов включал 31 артель, около 12 000 мастериц. Выпускал самую разнообразную в художественном отношении продукцию. Промколхоз гладкошвей Мстерского района в 1932 году объединял 1460 мастери, работавших в основном по традиционным рисункам. Почти половина выпускаемых ими изделий поставлялась на экспорт. В 1930-е годы здесь начали работать вышивальщицы Т.М. Дмитриева-Шульпина и Е.В. Зайцева, чьи изделия представляли мстерскую вышивку на крупнейших выставках.

Большим художественным потенциалом обладал крупный строчевышивальный промысел, находившийся в Крестецко-Волдайском районе. Крестецкая строчка имела важное экспортное значение, ее авторитет на международном рынке установился прочно еще до революции. Они выпускали разнообразные предметы одежды, постельного и столового белья. Для укрепления промысла в 1938 году в Валдае открылась строчевая профтехшкола.

В 30-е годы расширился ассортимент чукотских костяных изделий, насчитывавшем до 50 наименований. Это были модели кораблей, ценившиеся очень высоко, фигурки пеликанов, письменные приборы, мундштуки, ручки, украшения с гравировкой, туалетные коробочки с фигурками оленя или моржа на крышке, письменные приборы и рамки для фотографий, украшенные миниатюрной пластикой. Советская тематика нашла отражение в творчестве мастера Каляургына из с. Леймин.

Первый выпуск в Федоскинской профтехшколе состоялся в 1934 году, и это внесло обновление в творческую жизнь промысла.

В первые военные годы некоторые народные мастера понемногу работали у себя на дому. Городецкие художники И.А.Мазин и И.В. Ягненков делали игрушки, продавая их на рынке. Ф.С. Краснояров выставлял созданную им городецкую игрушку на конек своей избы, так что получался своеобразный театр, представлявший сцены богатырских подвигов советских разведчиков, поимку фашистских шпионов и пр. «Около красноармейцев он сажал львов, показывая тем самым, что красноармеец в борьбе с врагом должен проявить львиную смелость и силу».

К концу 1942 года вошли в строй ломоносовская и тобольская костерезные артели, восстанавливались кунгурский камнерезный, красносельский ювелирный промыслы, а также Палех, Мстера, Холуй, Федоскино. Развивал свою деятельность хохломской промысел. К концу войны в наиболее крупных центрах уже было налажено производство традиционных изделий.

Во время войны из-за недостатка дерева в Кавернинском союзе мастера расписывали настенные коврики, выполненные из клеенки, глиняную посуду. В годы войны экспорт художественных изделий значительно сократился, а система внутренних рынков не была отлажена.

В артели «Северная чернь» после войны организовали производство предметов массового потребления из алюминия: ложек, ножей, вилок, подстаканников. После войны связи с заграничным рынком спрос приобрел устойчивые формы. Этому способствовала демонстрация произведений народного искусства на международных выставках 1940-х годов.

Однако конкурсы и выставки показали, что наступила пора стилевого обновления изделий.

Большая роль в деле сохранения традиций народных художественных промыслов в тяжелые годы войны и послевоенные годы принадлежала Институту художественной промышленности. Научные сотрудники выезжали в командировки в артели, где собирали материал, характеризующий творческое и экономическое положение промыслов, необходимый для изучения и разработки мер по их восстановлению и сохранению. Проводились семинары, индивидуальные занятия с мастерами, активно велась консультационная работа.

Одной из ключевых проблем 1950-х годов стала подготовка кадров. Пятидесятые годы отмечены также разнообразной и богатой выставочной деятельностью. Во второй половине 1950-х годов организуются персональные выставки ведущих мастеров. Споры по вопросам специфики декоратив6но-прикладного искусства вылились в ряд дискуссионных статей, которым представил свои страницы новый журнал «Декоративное искусство СССР».

На протяжении 1950-х годов издаются красочные альбомы, серия книг.

Реализм, понятый в духе идейных установок времени сказался и на стилистике промыслов. Процесс сопряжения традиций художественного промысла с современными требованиями протекал неоднозначно. Так парадные красивые кубки с патриотической тематикой тогда общественность отнеслась положительно.

Однако главное значение 1950-х годов в истории промыслов было сохранение местных художественных особенностей каждого из промыслов, а также и самого ручного труда. Сама технология – кружево, скань, шемогодская береста, вязание, ковроделие – способствовала условности трактовки растительных мотивов и сохранению геометрических узоров. Вторая половина 1950-х годов – это время заметного увеличения выпуска изделий, однако это имело не только положительным явлением, но и приводило к снижению их качества и появлению «массовки» – упрощенных многотиражных предметов.